О проекте  |  Реклама  |  Контакты

Видеомост "Постиндустриальное развитие российских городов. Перспектива реализации проекта города 3.0 по созданию комфорта городской среды"

Размещено: 02/05/2012

Видеомост "Постиндустриальное развитие российских городов. Перспектива реализации проекта города 3.0 по созданию комфорта городской среды" состоялся на площадке РИА Новости в Томске и Москве 21 марта 2012 г.

Именно в ходе этого видеомоста было впервые публично заявлено о появлении и развитии концепции "Томск 3.0", рассказано об истории появления идеи и необходимости ее осуществления, поэтому считаем нужным опубликовать подробную расшифровку этой беседы.

Участники в Москве:
- мэр Томска Николай Алексеевич Николайчук
- идеолог проекта Томск 3.0 эксперт регионального городского развития Сергей Николаевич Градировский
- член экспертного совета агентства стратегических инициатив Петр Георгиевич Щедровицкий

Участники в Томске:
- заместитель мэра Томска Денис Михайлович Молотков
- заместитель мэра Томска  Анатолий Петрович Абрамов
- декан факультета психологии Томского Государственного Университета Эдуард Владимирович Галажинский

Ведущая: Татьяна Свинцова, Томский пресс-центр РИА Новости


 

Свинцова: Я бы хотела с самого начала предоставить слово Николаю Николайчуку, мэру города Томска, чтобы он в нескольких словах обозначил проблематику. Почему маленький провинциальный городок Томск вдруг стал ставить такие амбициозные задачи - не просто превратиться в город будущего, а еще и стать образцом.

Николайчук: Безусловно, этот вопрос, который прозвучал первым, он имеет основания, и является ключевым.

Что такое Томск 3.0, зачем 3.0 и почему так, казалось бы, непонятно. Но непонятно только на первый взгляд.

Посмотрите, если говорить о Томске 1.0 – это Томск, который создавали основоположники города. Купцы, которые, в принципе, неплохо зарабатывали на торговле пушниной, золотом, извозом вдруг, ни с того, ни с сего вместе с городским сообществом придумали Томск 1.0. А придумали что: в Томске должен появиться первый государственный императорский университет.

И, конечно же, сначала возникали такие же вопросы – для чего, почему, чего не хватает сегодня в жизни города Томска, и зачем этот университет? Тем не менее, городское сообщество приняло решение, которое круто изменило развитие города, и Томск стал университетским городом, стал развивать образование. Стал по-настоящему образованным, сплотив городское сообщество.

Так продолжалось до середины прошлого века, когда опять же, развитие страны и развитие города поставило другую задачу… городское сообщество одобрило, и совместно начали развиваться промышленные предприятия, КБ, развиваться при этих же заводах  микрорайоны, и Томск стал не только центром образования, но и науки. И это Томск 2.0.

Безусловно, на сегодняшний день мы стоим уже в ХХI веке, на пороге того, как развиваться Томску дальше. Есть определенные успехи, есть запись в уставе города Томска о том, что образовательный комплекс является градообразующим. Есть решение о придании территории статуса «ИНОТомска». А вот как наполнить эти решения содержанием, как построить город, который был бы комфортным и обеспечивал бы дальнейшее развитие на основе того, что нам досталось?

Это в первую очередь, безусловно, научно-образовательный комплекс. Дуга, которая появляется, когда на карте мы отмечаем все корпуса, которые используются для работы университетов, для студенческих общежитий, начиная с ТГАСУ, пройдя полностью по всему городу и заканчиваясь в ОЭЗ, в Академгородке, получается является стержневой для развития города.

Мы сегодня - и, я надеюсь, обсуждение такое получится - должны ответить себе, и ответить горожанам, как нам сделать Томск уютным, благополучным, но самое главное – как добиться нового этапа развития города. Это можно сделать, только включив в обсуждение всех горожан, все городское сообщество, и я очень хотел бы, чтобы сегодня на этих двух площадках такое обсуждение состоялось.

Свинцова: Я бы попросила Сергея Николаевича и Петра Георгиевича обозначить… все-таки это проблема не только Томска, это же относится ко многим, если не ко всем, российским городам. Когда город развивается, но комфортная и доступная среда в меньшей степени учитывалась при строительстве, при развитии, при ремонтных работах, и так далее.

Градировский: Первое. Нам очевидно, что в России города жутко недоинвестированы. Во многих случаях, города погрязли в ремонте, в бесконечном ремонте по заплаткам, по доведению до каких-то стандартов, и так далее. Бюджетов развития, особенно при той структуре межбюджетных отношений, которая сложилась, фактически не существует.

При этом, как ни странно, именно в городах живет сегодня, учится, рожает детей, определяет свое будущее именно то поколение, которое делает будущее страны. И понятным образом мы можем оттягивать это решение, но пока мы не вернем городам основное внимание, основное внимание страны – это касается и власти, и развивающего класса, и интеллигенции, и научно-образовательного сообщества, пока мы не вернем вот это осознание городам, у нас мало что получится.

Поэтому точки прорыва будут, они будут редки на этой огромной территории, под названием Российская Федерация, и есть точная уверенность, что одну из таких точек прорыва - да, точек интереса, возвращения интереса городу - будет город Томск. Это первое.

Второй момент: понятно, что каждый новый уклад под себя создает специфический город. Если вы строите торговую империю, если вы занимаетесь реализацией военных планов, если у вас промышленная революция, под этот тип экономики вы всегда создаете тот или иной город.

Вот мы задумались, как может выглядеть город под экономику знаний, которая неизбежно простраивается сегодня в мире. Мы тоже можем делать вид, что это, знаете, такие размышления на досуге. Экономика знаний, креативный класс и так далее, и так далее, но, на самом деле, рано или поздно эти решения тоже будут приняты. Мы решили, что пусть лучше раньше, и пусть это произойдет в конкретном городе Томске. И третий момент: конечно же, для того, чтобы суммировать усилия, для того, чтобы договариваться - а здесь без договоренности ничего нельзя сделать - нужен какой-то ведущий бренд.

Поэтому нам показалось, что бренд «Томск 3.0» является удачным для того, чтобы договориться о совместных усилиях по ситуации, когда нужно это будущее пробить. Потому что, конечно, всякое будущее берется усилием.

Плюс, вот в таком представлении, что это Томск 3.0, конечно же, заложено почтение к тем победам, которые были у города в прошлом. И почтение к тем самым купцам, которые вместо того, чтобы тратить деньги на цыган, потратили деньги на университет. И то почтение к советским ученым, которые после войны создавали, можно сказать,  первый кластер в этом городе - когда строился одновременно завод, а рядом с ним КБ. Когда происходила опора на существующее университетское сообщество, и под это структурировался город.

Но, к сожалению, сейчас это не тот город, который необходим для следующего шага. Это панельное домостроительство является не той средой, в которой заводятся и сохраняются гении.

Свинцова: Петр Георгиевич, вообще-то когда говорят об успешности города, как правило успешность определяется объемом инвестиций, приходом крупных каких-то игроков, мировыми брендами, появлением вывесок на улицах города... А вот про комфортную среду вспоминают если не в последнюю очередь, то где-то так в серединке, вспоминая о росте демографии. Насколько это справедливо, и как вообще определить вот эти точки успешности города?  

Щедровицкий: Надо четко понимать, что все то будущее, о котором мы говорим:  экономика знаний, новые технологические решения, открытия, изобретения – это все делают люди. Какое-то количество людей, обычно не очень большое. Это делают несколько сотен, тысяч человек, объединившись друг с другом, и обмениваясь знаниями. Причем очень часто обмениваясь не на каких-то коммерческих основаниях, а просто потому, что знания являются тем продуктом, который вы передаете другому, но вы ничего не теряете. Это тот продукт, который в каком-то смысле, можно бесконечно тиражировать и умножать. И от этого вы не становитесь беднее, а наоборот, становитесь богаче, потому что с вами же точно так же и другие обмениваются…

Николайчук: а еще, когда передаете вы сами, вы лучше понимаете то знание, которое передали…

Щедровицкий: Ну, и это тоже. И вот это сообщество знающих людей, оно создает и ту среду для себя, в которой приятно жить и приятно размышлять. И создает, безусловно, те самые современные виды деятельности, которые на данный момент позволяют им заниматься тем, чем им нравится.

Поэтому мне кажется, когда мы говорим об экономике знаний, мы в каком-то смысле вспоминаем те истины, которые давно известны. Ведь если мы посмотрим на историю, то мы убедимся с вами, что богатства всегда создавало знание. Это не то, что произошло в ХХ-м веке, это то, что было с самого начала.

Вот можно, например, взять книжку одного итальянского экономиста по фамилии Серра, который в 1613 году написал – богатство города – это количество профессий, которые живут на территории этого города и создают там свои продукты. Ну, тогда это были ремесленные цеха, но ведь мы с вами прекрасно понимаем, что каждый ремесленный цех владел уникальной технологией, производил уникальный продукт, и знание в этой области и давало им доход. Потом самые лучшие ехали на какую-нибудь региональную ярмарку, потом с региональных ярмарок самые лучшие ехали на какую-нибудь общеевропейскую ярмарку, и все знали, что в Венеции делали самое лучшее стекло, а в Милане делают самые лучшие доспехи, а железо, там, самое лучшее делают в Нюренберге. И мы с вами таким образом обменивались этими, ну как вы сейчас говорите, брендами, они не знали тогда этого слова, но все знали, что лучшее стекло делается в Венеции, пока этот секрет не стал более распространен.

В конце концов, мы тоже должны с вами понимать, что рано или поздно, эти технологии тоже тиражируются, и сегодня человечество получило возможность зарабатывать и на том, что отдает технологии. Чем раньше оно их отдает, тем быстрее оно получает плату за рецензию, роелти, и так далее, и тому подобное.

Поэтому, вы знаете, конечно, Томск маленький - в кавычках - город с точки зрения глобальных масштабов какого-нибудь Шанхая, но город достаточно комфортный. Его не удалось испортить крупной и неэкологичной индустрией. Он действительно каждый этап специализировался на высоких технологиях, и поэтому есть какая-то история и преемственность, на которую можно опереться. Ведь для того, чтобы создавать местное сообщество, или как сегодня часто говорят, инновационную экосистему, прежде всего нужно опереться на историю и те лица, тех людей, которые раньше создавали эти предыдущие этапы развития города.

Свинцова: Хотела бы передать слово томским участникам. Эдуард Владимирович, раз уж мы заговорили об экономике знаний, вы все-таки представляете высшую школу, причем один из успешнейших известных вузов. Все-таки насколько важно именно для развития вуза иметь вокруг, за пределами, за забором, собственно говоря, университета, город, который развивается, в котором удобно жить, в который студенты хотели бы приезжать?

Галажинский: Мне кажется, здесь действительно очень важно подчеркнуть в таком проекте особую роль научно-образовательного комплекса, или, так сказать с большой буквы Университета.

В Томске много университетов, он имеет свою специфику, где мы гордимся, что каждый пятый – студент, каждый, наверное, третий житель занят в научно-образовательной системе, в системе научно-образовательного комплекса. И если мы говорим о формировании новой урбанистической среды и вообще новой территории, где комфортно живется талантам, где комфортно творится, где вся среда спроектирована таким образом, что людям хочется получать новые знания, действовать, проявлять инициативы, то здесь безусловно - такая среда невозможна без особой роли университета.

И мне кажется, миссия университета в таком проекте особенная. В данном случае речь идет о так называемой третьей роли университета. Потому что во всем мире понятно, что есть, так сказать, образование, есть наука, но есть еще - и появляется - выраженная роль, связанная с социальной ответственностью университета за региональное развитие.

Томский Университет тоже выступил одним из инициаторов данного проекта именно потому, что в программе приоритетного развития нашего университета одно из направлений непосредственно связано и называется так – «Социогуманитарные знания и технологии в модернизации экономики и социально сферы.» Это 12 крупнейших институтов и факультетов, это тысяча научно-педагогических работников. И наша задача – отработать модель интеграции университета и города, потому что это действительно уникальная ситуация. С одной стороны, университет укоренен в город, как бы локализуется здесь, и он интегрирован в городские процессы. С другой стороны, это федеральная структура, это люди, интегрированные в международные исследовательские связи, это люди, которые над местечковыми интересами могут подняться, занять экспертную позицию. И в этом смысле университет и местные сообщества, и участие университетского кластера в изменении города это, конечно, чрезвычайно важная задача.

И местные сообщества, что важно отметить - это не просто население, это его активные группы, которые готовы и хотят участвовать в процессах изменения города. И наша задача, по сути, создать такие площадки и места, где они смогут это делать.

Мне кажется, очень важный момент, что мы не думаем навязывать какое-то новое знание, некий новый образ. Очень важно опереться на тот потенциал, который в городе есть, на огромное количество активных людей. И нужно открыть границу университета, начиная от предоставления инфраструктуры - те же культурные богатства, которые есть, и библиотеки, и спортивные сооружения. И войти в программы развития территории, и участвовать активно в этих программах. На данном этапе, я бы как раз в этом подчеркнул бы особую роль именно вузовского сообщества.

Свинцова: Денис Михайлович, Анатолий Петрович, может быть что-то добавите, ведь вы в большей степени отвечаете за экономические процессы, за привлечение инвестиций, за финансовый учет в конце концов, за экономику города. Вот все-таки, насколько важно развитие Томска в этом формате?

Молотков: Татьяна, хотелось бы сказать следующее: если мы посмотрим на историю развития Томска, то самые главные модернизационные скачки происходили тогда, когда был некий проект предложен, и этот проект был поддержан максимальным количеством сообществ.

Сначала пришли казаки, и это был проект создания города. Затем, уже через много лет, был создан университет, опять же - не без городских сообществ, которые были максимально включены в этот проект, и был модернизационный скачок дикий. Затем последний проект, который, на мой взгляд, был предложен Томском – это был мобилизационный проект, когда к нам эвакуировали заводы, и когда мы работали на оборону страны, на обеспечение в тылу, на обеспечение фронта. Сюда были эвакуированы большие промышленные предприятия, которые очень быстро заработали, и которые определяли, по сути дела повестку дня всей той индустриальной истории, которую мы называем 2.0.

И сегодня совершенно очевидно, что города вступили в жесточайшую схватку за главный ресурс –  за человека. Потому что, во-первых, он стал экономическим фактором. Сегодня люди - это трудовые ресурсы. И мы - под те условия, которые дает и дарит город, и то, что нам приходит из 1.0 и 2.0 - уже находим свою нишу города в экономической конкуренции между территориями. И совершенно очевидно, что те люди, которые выпускаются из наших университетов, это высокоинтеллектуальные трудовые ресурсы, которые и соответствующие рабочие места должны иметь.

Соответственно мы под это дело должны выстраивать некую инвестиционную повестку дня. И это, на самом деле, для нас является той дорожной картой, по которой мы сегодня идем. Мы предлагаем сегодня новый проект города, может быть это очень смело звучит, но это новый проект, который позволит нам прыгнуть в то когнитивное будущее, о котором мы мечтаем - это 3.0.

И здесь совершенно очевидно, что у университетов роль самая главная. Выпускники – это очень важные трудовые ресурсы, под которые мы должны привлекать новые производственные проекты, в том числе, в нашу ОЭЗ. Понятно, то, что выходит, допустим, из ОЭЗ - интеллектуальные или уже опытно-производственные продукты -  необходимо дальше интегрировать в городскую среду, и ставить на поток. Тогда у нас получается, и своя ниша прорисовывается, и достаточность теми ресурсами, а ресурсы здесь - это наши студенты.

Но, посмотрите какая вещь: нам необходимо теперь думать не только о том, где наш студент, окончив вуз, будет трудоустроен и где он сможет реализовать свой потенциал. Нам еще надо думать о том, как привлечь этих студентов, чтобы родители или сам абитуриент приняли решение приехать сюда.

А здесь как раз становится вопрос о качественном образовании, о безопасности, толерантности, социальной инфраструктуре города. И нам необходим проект, который начнет работать со средой. Ведь мы можем строить много дорог и заводов, но среда - это не дороги и дома, это то, как мы относимся к этому городу. И если ощущения комфортности мы не достигнем, то, собственно говоря, тот самый главный источник может иссякнуть. Тем более, у нас впереди, насколько я понимаю, еще и демографический провал, я думаю, что университеты уже чувствуют это на себе.

Во-вторых – нам действительно необходимо привлекать студентов из других государств: это и бывшие республики СССР, которые традиционно поставляют нам абитуриентов, и дальнее зарубежье. Сегодня у нас здесь и европейские студенты учатся, и из Юго-Восточной Азии, и Китая. Но мы же понимаем прекрасно, что стандарты жизни людей из других стран несколько иные, чем те, которые к нам пришли из проекта 2.0.

И перед нами встает важнейшим инфраструктурным объектом строительство современных кампуса и лабораторий. Ведь есть еще немаловажная задача – сегодня наше образование дает знания, но перестало давать навыки, и соответственно, выпускник, приходя к работодателю, становится опять объектом инвестиций. То есть сначала вкладывается государство, а затем работодатель - без гарантий того, что он у него останется, потому что у новобранца нет навыков, работодатель доучивает его.

Наша задача сегодня сформировать в городе такой комплекс, во-первых, чтобы сюда хотели ехать, чтобы имя «томский университет» давало «зеленый свет» в крупнейшие инновационные компании, в крупнейшие научные центры, это раз. Второе то, чтобы работодатель понимал – если это выпускник томского университета, соответственно, значит это готовый специалист, который и знания, и навыки имеет, и, собственно, в него не нужно доинвистировать, и он готов работать с первого же дня. За такого специалиста сегодня работодатели будут биться, и эта конкуренция, она, так сказать, идет, и мы ее видим, и нам сегодня необходимо просто-напросто соответствовать этим вызовам.

Соответственно, я хочу сказать, что вся инвестиционная повестка дня города на сегодняшний день, она заточена под этот большой проект. Я считаю, что если мы сможем максимальное количество жителей вовлечь в проектирование того когнитивного будущего, о котором мы сегодня все мечтаем и говорим, то проект, конечно же, будет удачным.

Свинцова: Спасибо, да. Анатолий Петрович, давайте вы…

Абрамов: Я бы хотел обратить внимание на один момент. При решении любой задачи очень важно определить место каждого участника процесса. Я хочу сказать, что сегодня городская администрация видит себя именно интегратором всех тех процессов, которые проходят на территории города, и мы абсолютно понимаем, что главными здесь являются все горожане и их мнения, их желания, и мы должны все это объединить.
А внешние эксперты должны дополнять, со стороны оценивать, и помогать нам выбирать те правильные решения, которые направлены на то, чтобы наш город, действительно, развивался.

Свинцова: Уважаемые коллеги, журналисты, у кого возникли вопросы?

Андрей Остров, «Дежурный по городу»: да, к Сергею Николаевичу у меня вопрос, потому что вы начали свое выступление с того, что посетовали на недоинвестирование российских городов. С другой стороны самый инвестированный российский город Москва совершенно не отличается комфортными условиями существования. И в этом смысле скажите, есть какая-нибудь золотая середина между объемами инвестиций, и созданием комфортной городской среды?

Градировский: Могут быть разные целевые показатели у инвестиций, а особенно у крупных и больших инвестиций. И понятно, что, например, с Томском может произойти история близлежащих сибирских городов, то есть когда вы начинаете вкладывать деньги в инфраструктуру, вроде бы, вы делает благое дело, например, расширяете полотно дорог, делаете развязки.

Но если, например, при этом разрушат центр, а это очень легко сделать, то вы получите как бы антипроект, потому что скорости возрастут, высотность автоматически возрастет, безопасность упадет, ощущении комфортной среды резко упадет.

Вот так, как сейчас можно гулять по Томску - особенно когда идет свежий снег - станет невозможно, надо будет куда-то выехать, специально, для того, чтобы это сделать. Вот так, как сегодня можно перемещаться между четырьмя государственными университетами, мэрией, и ключевыми площадками, где происходит культурная, да, и интеллектуальная жизнь, пешком - москвичи в это не верят, пешком, я вас уверяю! - да, это станет невозможно.

Это означает, что инвестиции были применены в другой логике, ради других целей, ради сверхприбыли, конечно, можно которые получать, развивая инфраструктуры. Поэтому, собственно, у всех инфраструктурных проектов, ну, должен быть «намордник надет». Это «намордник», который должен ограничивать определенные проекты развития и стимулировать другие. Тогда получается город.

В общем-то, европейский опыт, и даже теперь опыт стран азиатско-тихоокеанского региона показывает, что всем этим можно управлять без проблем.

Наталья Овчинникова, «Коммерческий вестник», Омск: Сначала вопрос к Сергею Николаевичу, а потом к Петру Георгиевичу. Сергей Николаевич, хотелось бы, чтобы вы более конкретно озвучили какие-то пункты по построению этого нового города 3.0, например мы сделаем вот это, вот это, и мы построили вот этот город, чтобы как-то более прозвучало четко. И к Петру Георгиевичу вопрос: насколько я знаю, у вас был похожий проект в отношении Омска по модернизации той же среды проживания, вы какие-то инновации предлагали. Мне бы хотелось, чтобы вы это озвучили, и чем закончились ваши инициативы.

Градировский: Первый пункт важный. Безусловно, сейчас, на старте, я вам всю технологию не изложу. Это и время другое требует, и, конечно же, ввязавшись в битву, вы многие вещи понимаете по мере разворачивания вашего фронта. Но уже сейчас понятно, за что мы берем ответственность, что мы задумали, да, про это я, конечно, скажу.

Первое: конечно же, нужно вернуть людям веру в то, что они могут менять свой город своими руками. Для этого, соответственно, мы создаем сити-инкубатор, это инкубатор, в котором растятся предприниматели, чья активность обращена на город. Не на глобальные рынки, не на построение своего какого-то локального бизнеса, а на те виды активности, в то числе бизнес-активности, научной активности и так далее, но которой меняет город. Активность, которую можно пощупать буквально, да, потому что появляются, например, новые сети рестораций, или появляется новая сеть хостелов, которая нужна как раз людям с низким бюджетом, которыми являются студенты, аспиранты, и так далее.

Дальше. Понятно, что в городе можно развивать современные арт-проекты, и что-то типа арт-кластера, или какие-то другие формы - мы еще будем смотреть - потому что сейчас мы ловим всех энтузиастов и начинаем с ними переговоры, это будет развернуто.

Третье: понятно, что сегодня, фактически, формируется наряду с материальным городом, цифровой город. И люди начинают делить свою жизнь повседневную на 2 типа – я живу в повседневности, такой, где стулья, табуретки, метания, проезд в общественном транспорте или на собственной машине, и - посещение социальных сетей, поиски в поисковиках и так далее, и так далее. И понятно, что город цифровой, который сейчас формируется, он отвечать должен тоже определенным возможностям, его лучше сразу строить правильно. И такие проекты к нам тоже сейчас поступают, мы их обсуждаем, это можно делать. В том числе, например, через цифру, и через общий доступ к проблемам города легче выстроить ряд вещей.

Эти проекты, кстати, и в стране, и за рубежом много где развернуты — например, устранение силами горожан огрехов в самом городе. Потому что кто-то знает, у него есть такой гаджет, он фотографирует, это сразу же появляется в определенном месте на сайте, кто-то знает, как это исправить, или кто-то знает, как распечатать сразу заявление в прокуратуру и послать его, если это нарушается. То есть, такие вещи по включению граждан, они, безусловно, будут.

Следующий пункт – эстетика города. Ну конечно, красотой города, колористикой города,  цветовыми решениями города нужно управлять. И вот эта красота, и вера в красоту, а не в то, что бабло все побеждает, она должна в город вернуться. И это тоже можно делать очевидным образом, и это тоже будет делаться.

И последний момент, чтобы Петр Георгиевич все рассказал про будущее Омска. Тут вот ведущая оговорилась, употребила такой жаргонизм, как забор университета. Конечно же, никаких заборов у мэрии и университета нет и не может быть. Потому что найти способность, как университет пропитывает город энергиями студенчества, потребностью вообще в знаниях, найти возможность, как в городе - а это же будет разворачиваться сейчас, да, мы же не только просто рассказываем про непрерывное образование, или образование длинною в жизнь, как калька с английского - это повседневностью станет, Это означает, что и старшие поколения будет нуждаться в этом университете. Не только как тот, кто занимается там исследовательскими программами или преподает, а и тот, кто получает новые навыки или новые знания. И вот эти процессы точно надо запускать. После этого есть ряд еще других вещей, но эти вопросы точно.

Ну и последнее, что важно, о чем мы говорили сегодня, когда летели в самолете с мэром, о том, что да, сейчас разворачиваются новые индустриальные проекты, их немало в городе, но вот выставить по отношению к ним определенную эстетическую и культурную рамку к этим проектам, то, что можно перенаправлять в определенное русло – это тоже будет сделано. А значит, должен по-другому заработать градостроительный совет, а значит, должен заработать стратегический совет, а значит, нужно действительно провести работу для того, чтобы самых интересных и смелых людей, которые есть в городе, включить в эту работу.

Николайчук: Я, Петр Георгиевич, хотел бы добавить два слова, а потом уже про соседний Омск. Вы знаете, почему я вмешался, прозвучала такая фраза – новый город. Нет, не новый, это наш, родной Томск. Это третья версия города, которая в себя включает и первый, и второй. И вот это принципиально отличие. Это первое.

Второе: идея у нас не просто летала, обсуждалась более года. Меня, честно говоря, очень вдохновила та наша креативная игра, которая в рамках инновационного форума проводилась с молодежью в прошлом году, в мае прошлого года. И посмотрите, в то время очень много людей - Сергей Николаевич проводил эту игру в госуниверситете - очень много идей было высказано именно молодыми людьми. Они по-другому смотрят на развитие города, и имеют право эти идеи предлагать, и не только предлагать, но и участвовать в том, чтобы эти идеи воплощались на территории города.

Еще раз повторюсь, ни в коем случае не убирая, и не ломая первые две версии. Версия 3.0, три-точка-ноль Томск – это, безусловно, возможность каждого из томичей предложить не то обыденное, что он видит сегодня - это важно. Это важно, чтобы сегодня там не было серьезных проблем в жилищно-коммунальном хозяйстве, но еще более важно все-таки определиться, какой город мы должны построить. И еще, в завершении, мы увидели небольшую информацию, что в Москве проведен конкурс идеи - какой сделать макет города, как развивать пространство инновационно. Конкурс на инновационные решения, необходимые для города. И победил проект о создании 3Д модели города. А в Томске мы на прошлой неделе презентовали 3Д модель, которую уже сделали, и она изготовлена с применением 3Д принтера. Она позволила по-новому взглянуть не только на существующий сегодня город, но и увидеть новые аспекты развития и транспортной инфраструктуры, и развития города в целом.

Щедровицкий: Я не буду впрямую отвечать на ваш вопрос, я в конце прокомментирую, что делалось, и что не делалось в городе Омске. Но давайте посмотрим на ваш вопрос и на наше обсуждение, ну, с высоты птичьего полета. Ведь города всю историю человечества выполняют функцию развития. Почему? - то же самое, о чем мы говорили в течение предыдущего часа – это личное начало, это человеческое творчество и человеческая активность.

И второе – это разнообразие. Потому что самой первой инновацией в истории человечества является увидеть, что другой отличается от тебя, понять, что он что-то умеет делать лучше, чем ты, и перенести это к себе.
Да, это возникало во всех тех местах, где люди встречались, а они встречались, прежде всего, на торговой площади. И когда города втянули эти торговые площади на свою территорию (плюс к тому, они позволяли людям чувствовать себя чуть более безопасно за городскими стенами, и, одновременно, как известно, в средневековой Европе через некоторое время, побыв на территории этого города ты получал защиту своего бывшего хозяина, помещика, ты становился свободным человеком), то вот сочетание этих трех моментов – свобода, разнообразие и безопасность - порождали все остальное, порождали желание что-то создавать и творить. Поэтому там, где урбанизация, то есть формирование городской среды отставало по тем или иным причинам, там замедлялся процесс развития.

Я считаю, что ключевой проблемой советской индустриализации было расхождение темпов индустриализации и урбанизации. Предприятия создавались, а дальше сил на формирование нормальной городской среды не хватало, все это осматривалось по остаточному принципу, и в итоге возникали вот те, ну, поселения при фабриках, которые Вячеслав Леонидович Глазычев политкорректно называет слободами. Вот слободизация страны, она происходила, а урбанизация не происходила.

И в этом плане, обратите внимание, положение во многих местах похоже. Вы пройдетесь по старым купеческим улицам Омска, да, вы посмотрите, как формировался там выход на реку, как развивалась центральная часть города, и вы увидите там те же идеи, те же мысли, которые мы встречаем во многих городах. Но вот этого следующего шага по разным причинам не произошло. И индустриальный Омск точно так же строился, как бы чуть в стороне, а между этими двумя городами – старым городом и индустриальным городом существует определенный разрыв.

Поэтому, когда в начале 90х годов мы действительно размышляли о перспективах развития Омска… у нас в стране не так много городов, вот мы должны с вами четко понимать, что число этих точек приложения сил невелико, и все они находятся в близком положении. Развивая уровень разнообразия, развивая плотность коммуникации, а это возможно делать только в городской среде, и сохраняя при этом историческую преемственность и человекоразмерность этих решений… Человекоразмерность, да, чтобы человеку было приятно, пешеходный масштаб – это один из форматов человекоразмерности - мы с вами закладываем те кирпичи в фундамент новой экономики, которая возникнет не завтра, но она возникнет. Главное не торопиться, понимаете, главное не пытаться какими-то гигантскими проектами проскочить большой исторический промежуток времени, потому что все равно не получится.

Машина времени так устроена, что если вы пропустили какой-то этап, вас к нему будет возвращать каждый раз, ну, там с периодичностью раз в 50 или раз в 100 лет. И надо вспоминать этот известный День Сурка.
Не произошла урбанизация в средневековой феодальной России, в том числе благодаря прямым политическим и военным действиям центральной власти по уничтожению городского самоуправления, значит через сто лет вернулись к этому, или через 200, опять столкнулись с той же проблемой – что для индустриального развития не хватает вот этого городского потенциала. Не решили этот вопрос к концу 19го века, начали советскую индустриализацию, через сто лет вернулись опять к тому же самому вопросу.

В этом смысле мы желаем Омску таких же перспектив, я не буду там в сферу экономики знания.. через реконструкцию, переоткрытие своей собственной истории и своих возможностей, которые всегда есть.

Свинцова: спасибо, коллеги  томские, есть вопросы?

Ксения Салюкова, газета «Томские новости»: Мне бы хотелось узнать, какова временная рамка организации этого проекта. То есть, на какую перспективу мы планируем этот переходный период, и вообще, когда мы построим когнитивный город, когда в полной мере реализуется проект Томск 3.0?

Свинцова: ну, Николай Алексеевич, Сергей Николаевич, ответите?

Градировский: …я просто представил этого купца 19-го века, который такой же вопрос задавал, как и журналист из Санкт-Петербурга…

Николайчук: когда мы начали обсуждать в городском сообществе, что давайте мы заманим университет…

Градировский: Давайте построим университет, пригласим архитектора, начнем строить… а его спрашивают – а когда мы закончим строительство университета, и не просто здание, а университета, как замысла…

Николайчук: … а купец говорит – ты подожди, мы только обсуждаем, мы сумеем в этот университет заманить, или не сумеем, мы договоримся, вот, с нашим купеческим сообществом, или нет,  у нас получится вот так объединиться, чтобы решить вопрос - вот выделить землю бесплатно? И потом, собираясь в городской Думе, купцы этот вопрос решили, выделили бесплатно землю, кстати, опять же - не в центре города, надо отдать должное, а тогда на окраине города, и построили университет… Или я представляю вопрос, когда в 50-е годы развивались наши предприятия известные – Контур, Полюс, Приборный завод, Академгородок, и опять не в непосредственной близости теперь уже от государственного университета, или от площади Новособорной… а в совершенно разных частях города, на окраине, далекой окраине. Но понимаю принципы, что академическая наука и НИИ должны все-таки базироваться в хорошем красивом месте. И у нас появился Академгородок. И сложно спросить, наверное, в этот момент было, а как же, вы в какие сроки построите НИИ, построите Академгородок, как вам…

Щедровицкий: Я бы все-таки вернул этот вопрос спрашивающему совершенно в другой форме. Вы понимаете, давно уже в экономике стала понятна следующая зависимость :инвестиции – это результат долгосрочного планирования, потому что если человек планирует на короткий срок, то он ничего не будет инвестировать, он будет только потреблять. Если человек будет только потреблять, а, например, финансовая система будет ориентирована на вот этот вот краткосрочный горизонт, то проценты по кредиту будут очень высокие. Ну, все же завтра, мы же все хотим завтра. Поэтому проценты на кредит высокие, все на потребление, никаких инвестиций, никакого долгосрочного планирования. Вы хотите жить в таком мире?

Но вы в некотором  смысле в нем сейчас живете. Вы живете в мире, в котором все боятся длинных сроков, поэтому все хотят сегодня, ну, в крайнем случае, завтра, а еще лучше сразу, в момент возникновения мысли, чтобы получить результат. Вот я не хочу жить в таком мире, потому что я понимаю, что этот мир направлен против будущего.

Поэтому я всегда отвечаю на этот вопрос одним образом – через сто лет все будет хорошо. Но если сто лет последовательно идти вперед, а не начинать через два года, ерзать, смотреть - что-то не так, давайте пойдем в другую строну. Потому что если пойдем в другую сторону, значит опять с этого момента сто лет считаем. Не спешите, и все получится.

Николайчук: Но я все-таки добавлю, вот Сергей Николаевич говорил, что жизнь одна, а первые шаги мы уже делаем… У каждого из нас жизнь одна, и, конечно же хотелось бы, чтобы это обозримое будущее оно и дало результат.

Так вот, посмотрите – агентство развития города – это первый шаг. Второй – это сити-инкубатор, который по нашему мнению должен стать таким вот ключевым звеном в обсуждении всех вопросов преобразования городского, для молодежи, для креативных людей. Это те шаги, которые необходимо делать сейчас, чтобы выработать нам совместно с городским сообществом понимание - что такое версия «Томск 3.0». В каком городе мы хотим жить. Как мы будем развивать кластер экспортообразования (об этом мы еще тоже не говорили). Как мы будем развивать и выполнять вот такой серьезный задел, который есть у нас сегодня – ИНОТомск. Вот на эти вопросы пока ответов нет. Это один момент.

И еще скажу – вы знаете, когда мы говорим об инновационном развитии, что инновационные предприятия, организации, да те же наши особые экономические зоны – это такая мини-национальная идея нас всех, горожан – смею заверить, что не так. На сегодняшний день, ну, скажем так, руководители крупных промышленных предприятий зачастую скептически относятся к тому, являясь самыми крупными налогоплательщиками – а что же это такое инновации, и когда будет результат. А ведь эта идея нас должна объединять, а сегодня еще не объединила, значит, мы не подошли к этому с позиции городского сообщества… Обсуждение городским сообществом удастся – все у нас получится. И, безусловно, не через два года мы должны в другую сторону бежать, и вообще не должны в другую… Выработать четко позицию и сделать город наш комфортным, уютным на долгие-долгие годы.

Свинцова: большое спасибо. Коллеги в Москве, есть ли вопросы? Томские коллеги? Если позволите, то я задам вопрос о нелюбимых теперь, как выяснилось, сроках. Потому что так или иначе, именно это конкретно интересует горожан, ну и наверное меня, как томичку.

Все-таки, про упомянутые проекты. Если про университет нельзя было сказать, когда он  станет не просто зданием, а именно средой, то про упомянутые проекты выше, про которые говорили, и которые так же на самом деле являются точками роста сейчас в Томске - не только университеты, но и особая экономическая зона, и проекты ИНОТомск - там (так как это все-таки документы, принятые на уровне Правительства и руководства страны) сроки все-таки и параметры, они обозначены. И вот как, собственно говоря, этот проект Томск 3.0 будет сопоставляться, вписываться ли, сотрудничать ли вот еще с двумя, на самом деле, достаточными мощными, ключевыми, я считаю, проектами развития города?

Николайчук: На сегодняшний день, если я скажу, что «Томск 3.0» эти ключевые проекты в себя не будет включать - это глупость полная. Конечно же, это тот задел, который нам нужен, который у нас сегодня есть.
Вопрос в другом: что сегодня и особая экономическая зона, которая находится в таком еще положении начального развития и, в особенности, проект ИНОТомск-2020 - давайте скажем откровенно: мы не понимаем до конца, как эти проекты будут развиваться, кто будет резидентами особой экономической зоны - томские резиденты, иногородние резиденты? Какое участие городского сообщества? Как будут наши университеты в этом задействованы? Как бы сделать, чтобы темпы роста численности города, которые мы сегодня набрали… вот мы сегодня говорим о этом проекте, когда действительно только за год численность горожан нас с вами увеличилась на 14 тысяч человек - это при той демографии, которая есть в среднем по стране. При этом 12 с половиной почти тысяч человек - миграционного прироста, вдвое по сравнению с 2010 годом миграционный прирост увеличился! Как мы сохраним вот эти темпы? Как мы обеспечим комфортной средой, а самое главное - возможностью себя проявить, реализовать себя каждого человека, который либо родился у нас в городе, либо который приехал? Вот тогда ответим на эти вопросы.

Щедровицкий: Николай, мне кажется, что все-таки надо вернуться еще раз на шаг назад. Ну вот насколько вы понимаете, что часы, вот те, на которые мы все сегодня ориентируемся, появились только потому, что появился город?

Сельскому жителю в средневековой Европе часы были не нужны, он вставал и ложился по Солнцу, и вообще-то, у него времени - в вашем смысле - не было. Вообще не было времени. Были времена года, был цикл сельскохозяйственного производства, и он и задавал время. Оно было цикличным, оно вообще не было поступательным. Для чего понадобились часы, и почему на городской ратуше появились часы? Потому что нужно было в одно и тоже время прийти на рынок, и ратуша отбивала время, и люди в определенное время сходились. То есть ваш вопрос нужно вернуть вам: а какие часы на вашей ратуше? Они какое время отмеряют?

Потому что время нужно для синхронизации ваших действий. Если вы хотите строить экономику знания, вам нужны свои часы, со своим циферблатом, со своими делениями. А если не синхронизировать наши действия, время вообще не нужно.

Вы приходите на вокзал - вот мой дедушка после гражданской войны всегда приходил на вокзал за два часа, и когда я маленьким мальчиком был и спрашивал: «Дедушка, зачем мы так рано едем, поезд же придет гораздо позже?», он говорил: «Знаешь, ты не жил во время гражданской войны». Это другая логика. Поэтому я вам предлагаю перестать задавать этот вопрос, потому что это вопрос о той общей системе координат, которую вы выстроите в городе Томске. И у вас будет свое время, и вы будете понимать, что через три месяца, если вы будете все вместе что-то делать, возникнет то-то и то-то, а не будете делать - придете на вокзал, а поезд уже ушел.

Николайчук: Петр Георгиевич сейчас мне так серьезно помог. Татьяна и коллеги томские. Я два слова скажу. Ведь вопрос-то не ко мне, как к мэру города.

Я долго думал, прежде чем мы с Сергеем Николаевичем и с коллегами, которые в студии в Томске, обсуждая, решились на то, чтоб сказать: «Да, мы будем разрабатывать вот этот проект, Томск 3.0». Потому что не понятно городскому сообществу, и многим на сегодняшний день непонятно, «что это такое тут мэр придумал, вместо того, чтобы дороги чинить». Ну, во-первых, не вместо дорог, и не «мэр придумал» и выполнять не самому мэру.

Вот, Петр Георгиевич, спасибо огромное. Будем мы эти часы выстраивать – у нас все получится. А то у нас получается вопрос такой: «Николай Алексеевич, когда сделаешь?». А я спрашиваю - когда МЫ сделаем. Сделаем?

Свинцова: Делаем, делаем.

Молотков: Делаем. Я свои 5 копеек тоже хочу в эту дискуссию… Тоже хочу Петра Георгиевича за формулировку на вечный ответ, когда ты только выражаешь какую-то инновационную идею, сразу же вопрос журналистов: «Когда? Сколько? И где пощупать можно?», и если не отвечаешь на этот вопрос - то все, собственно интерес к тебе теряется. Но, собственно говоря, я хотел бы все-таки некий контур все равно обозначить.

Вот посмотрите, наша задача создать инфраструктуру для того, чтобы этот проект запустился, то о чем говорил мэр. Мы в этом году запускаем агентство развития города Томска, это такой инфраструктурный проект. Мы в этом году запускаем стратегический совет городской, в котле которого будут рождаться эти смыслы и идеи. Мы в этом году постараемся запустить сити-инкубатор, а дальше уже действительно, на сколько вот эта обратная связь, когда включенность граждан, людей, которые искренне любят свой город и хотят участвовать в его проектировании, создании нового 3.0 города, вот на самом деле, это будет зависеть от нас. И вот эти часы как раз и будут. Мы по ним будем сверять, с какой скоростью мы пойдем по пути в это когнитивное будущее.

Галажинский: Я хотел бы тоже добавить, что на самом деле эти проекты действительно взаимодополняющие. Проект ИНОТомск – он, по сути, направлен на такую консолидацию, особенно научно-образовательного  комплекса, бизнеса вокруг инновационного прорыва. Здесь технико-внедренческая зона, здесь консорциум ВУЗов, в который, так сказать подписаны, ВУЗы дружно работают по 7 приоритетным направлениям. Это отдельная задача, результаты мирового уровня, которые, так сказать, коммерциализируются, и продаются.

Мы же пытаемся решить задачу, которая как бы остается за скобками. Что происходит с людьми, которые живут в этом городе, который так сказать вливается в инновационный прорыв. И очевидно, что в старых средах нельзя формировать ни новое мышление, ни новых людей. И в этом смысле с Петром Георгиевичем полностью согласен - среда должна быть человекоразмерная, соответствовать закономерностям формирования личности, да, инновационной личности, креативной личности. И мы, как ученые, должны включиться, помочь сформировать эти среды, сообразные человеку, но эти среды должны формировать сами люди, и инициативы должны идти от людей, от молодежи, от студентов. А задача власти - создать инфраструктурные решения и механизмы, чтобы любой человек, если хочет что-то изменить - жизнь к лучшему, чтобы он смог это сделать. Имел простые понятные механизмы. И тут важен процесс. То есть, по сути, мы меняем повседневную нашу жизнь кардинально, как бы замахиваемся на то, чтобы создать механизм, который позволит порождать новые среды. И в таком режиме самореализации и саморазвития двинуться в этот бесконечный процесс.

Корреспондент: Эдуард Владимирович, я вот как раз вам и хотела задать вопрос, как  психологу и, соответственно, знатоку человеческих душ. А сообщество-то готово участвовать в таких проектах, ваши наблюдения.

Галажинский: Вот, если б мы не считали, что сообщество готово, то, наверное, мы бы не ввязывались в этот проект, потому что тут две, опять же, стороны медали. С одной стороны, мне кажется, что у нас огромное количество инициатив, это некоммерческие объединения, и партнерства, и просто инициативные и креативные ребята, инновационные предприниматели, да. У нас, так сказать, концентрация интеллектуальная очень высокая. Меня как-то удивлял разговор с нашим одним медиа-магнатом, который сказал: «Вот ты знаешь, сколько в Екатеринбурге журналов и телевизионных компаний? - одна или две, и сколько в Томске, который в три раза меньше Екатеринбурга?», - на тот момент, чуть ли не 7 или 9 было. То есть вот концентрация интеллектуальная настолько высока, и инициатив настолько много, и людей, желающих что-то делать. В этом смысле, наша задача, видимо, создать среду, и создать, я как уже говорил, механизмы, где бы эти люди могли реализовываться, и поддержку получать, в том числе, и договариваться по поводу будущего города.

А второй момент: вот эту ответственную позицию нужно формировать. Кто-то дозрел, и таких людей у нас больше, в силу высокой концентрации образованных людей. У нас, по моему, по количеству остепененных, имеющих научные степени, мы одну из первых позиций в России занимаем. То есть как бы таких образованных и зрелых людей больше. Но с другой стороны, нужно создавать среду, которая бы их формировала, и людей нужно доращивать до ответственной позиции по отношению к своему городу, чтобы мы не говорили: «Кто там сделает, когда мэр сделает?». Да мэр и спасибо, что взял на себя ответственность озвучить, и сделать этот шаг. А тут дальше идти уже тем людям, кто готов, и помогать другим дозревать до этого ответственного шага. Я б так ответил.

Свинцова: Ну, с власти оно привычнее же как-то спрашивать… Что-то может быть участники в Москве хотят добавить по этому вопросу?

Градировский: Да, да, мы хотим, мы хотим. Тут понимаете как, нужно еще учитывать и такой факт. Томск все-таки находится в некоторой развилке. Можно действительно остаться таким заштатным городком из какого-нибудь гоголевского романа на краю самого крупного в мире болота. Потому что, в общем-то, если все это не будет происходить, я могу описать, что будет происходить - если не будет происходить такой вот концентрации воли в самом городе.

И мы, поэтому, наряду с инфраструктурой, будем создавать и начали делать и антропоструктуру, то, что называется «неуловимые сообщества людей», которые все-таки спаяны общими ценностями, и признают хоть какие-то цели совместные, и разделяют их. И пусть каждый там лопатит на своем фронте, но они лопатят в одну сторону.

Так вот, что будет происходить. Будет происходить следующее: ваши университеты будут стареть. Общий средний возраст преподавательского и управляющего состава будет повышаться и повышаться. А студенты ваши, все более ушлые и все более погруженные в цифровой мир и поэтому знающие образцы другой жизни и другой университетской и другой потребительской жизни, главное, будут все лучше оттачивать технику «трамплина». То есть, поучиться в Томске, для того чтобы потом прыгнуть туда, где ты можешь найти сам себя, и заодно свою вторую половину, смысл жизни, еще что-то. Такие проекты, как Сколково, создадут один из таких трамплинов, потому что сила притягательности Сколково - и что Сколково будет давать в отношении международной связанности - не сопоставимо со всем тем, что есть в Томске.

Четвертое. Город будет постепенно набираться людьми, которые на порядок будут уступать тем людям, которыми вы сегодня гордитесь. Это неизбежно, потому что миграционное давление с юга будет поддавливать, оно будет поддавливать все равно.

Поэтому, понимаете, придется решать несколько задач. Придется действительно оставаться конкурентноспособными, придется действительно  ту ренту, которую область и город получает от нефти и газа, превращать во что-то другое. Чему даже арабы научились, которые не так давно покинули своих верблюдов и соответствующие жилища. Придется делать действительно что-то сопоставимое с тем, что делали наши отцы и деды, это ж ну не пафосные слова, это же правда, да. Мы долго спим, потом мы быстро бежим. Это, конечно, призывает нас к столетним дистанциям…

Мне кажется, что эти слова могут быть услышаны по другую сторону Одера или Вислы. Но как-то здесь мы привыкли на длинные паузы, а потом на очень быстрые рывки. Почему-то не получается очень долго, 200 лет стричь траву...

Поэтому я думаю - пока Томск не подпирает вся эта ситуация. Но вообще-то через 15-20 лет - и это показывает наша дискуссия, которую мы в Красноярске на азиатских чтениях вели - вообще-то подпирать будет. И Сибирь будет просто нуждаться, просто искать города, на которых можно хоть в какой-то мере опереться, потому что эти города будут символизировать будущее, а не наше прошлое.
Поэтому, в некотором смысле, время тикает. А в некотором смысле - тут уже, видите, искусство политики - оно почти бесконечно, не нужно нервничать, и тем более - суетиться на поворотах.

Свинцова: Наверное, последний вопрос. Хотелось бы уточнить. Неоднократно здесь звучало о том, что именно горожане должны быть вовлечены в этот процесс, что это зависит, можно сказать от каждого жителя Томска будет зависеть, и вообще - вот сам проект, город 3.0, он возможен только при участии горожан. Но все-таки, какие методики, приемы будут вот именно по привлечению горожан в этот процесс? Уже обозначались собственно проекты? Совет?

Молотков: Ну, инфраструктура.

Свинцова: Да, инфраструктура. А вот кто туда войдет? Вот как, ну не знаю, разработчики, инициаторы проекта все-таки привлекут горожан? Потому что я с трудом представляю ситуацию, когда у нас вот тут сейчас прошел наш видеомост, прошли публикации, телеэфиры, горожане об этом узнали - и вот я так и вижу очередь у дверей мэрии, да. Инициативные горожане побежали, значит, собственно говоря, участвовать в этом проекте…

Николайчук: - «У дверей мэрии» - просто замечательно. Я тоже реалист, и прекрасно понимаю, что вот эти инструменты, о которых частично мы сказали - это и агентство  развития города, это и совет, и действительно, нам необходимо посмотреть по обновлению градостроительного совета. Там должны быть не только и не столько архитекторы, сколько люди, которые сегодня уже вложили свое видение в город Томск. Ну, например, Юлия Александровна Ратомская - почему нет. Почему этот человек, который прекрасно понимает красоту и то, как должен город развиваться, выглядеть, почему она до сих пор не в градосовете?

Это, безусловно, совершенно другой портал города Томска, сайт города, который должен - и здесь так же мы с Сергеем Николаевичем обсуждали, набрасывали вот эти моменты, -который должен дать возможность каждому из горожан не только не только какую-то проблему поднять, но и поучаствовать в обсуждении, и высказать свое видение того, как Томск должен развиваться. И не только сам Томск целиком, а предприятия, организации, где человек работает, микрорайон, где он живет, может быть, другие идеи.

Вот все эти инструменты, вот я их назвал только первую часть, какую-то маленькую толику… Это, безусловно, сити-инкубатор, который должен стать таким центром по креативному обсуждению городских проблем, и в первую очередь молодежи (но не ограничивая молодежь). Вот все эти начинания, они должны произойти в этом году. Тут я вам уже говорю конкретно.

Градировский: Можно я так мажорно отвечу. Конечно же, есть разные социальные слои, и по отношению к каждому есть своя панель да, куда эти «штепсели» включаются. Причем она, понятно, не бесконечная, потому что иначе невозможно будет управлять, управленческая ситуация не возникнет.

Но вообще, конечно, есть стратегический совет города, есть градостроительный, есть инвестиционный, есть даже существующие панели, которые позволяют эту активность включить. Но мы их будем достраивать, особенно в ряде других сред, вместе с университетами.

В отношении молодежи, в отношении тех, кто занимается предпринимательством - и он это предпринимательство готов развернуть к городу. Он на самом деле благодарен, когда он видит хоть какие-то контуры, которые ему помогают делать то, что он привык делать, и что хочет делать, и может делать, делать более целесообразным, более вкусным и более ценимым в самом городе.

И вот на самом деле, это кропотливая работа по выстраиванию, скорее, коммуникации. Вот в этом проекте очень много именно коммуникации. И очень много того, что называют трастом, доверенностью друг другу и договоренностью. И это есть тонкие настройки, тонкие настройки города. Проект про это.

Потому что, что касается там сложных вещей, я считаю - ну вот то, что я видел своими глазами в городе, то, как происходит ситуация там с дорогами, с переходами и так далее - эти вещи научились делать, а то, что не научились, в скором времени доучатся. Инженерные технологии - они плотные и достаточно быстро распространяются. Что-то научились местные, что-то из Кемерово привезли, из Новосибирска привезли, но, в общем-то, тут рациональность существует, а вот тонкие настройки, которые включает особые виды коммуникации… И самое важное, чтобы нашли взаимопонимание и один язык говорения о будущем города, с образовательным сообществом, научным сообществом, и с управленческой элитой. А это значит.. а, ну да, мы же еще начали соответственно в неформальных средах разговор, там тоже мы были услышаны. Среди тех, кого сегодня можно презрительно называть хипстером, да, или еще кем-то - а завтра, смотри, они составляют цвет правительства, как это произошло в Европе после революции 60-х годов. Поэтому, еще раз, это проект очень большой и скрупулезной коммуникации, которая слоится по разным направлениям, затрагивает разные среды, это проект тонкой настройки города.

Галажинский: И добавлю, здесь действительно очень важно создание специализированных переговорных площадок, и здесь ВУЗы могли бы быть вот той, так сказать, средой, где можно сопрягать интересы разных участников и стейк-холдеров развития города, да. А конкретный проект, ну вот в частности, например, связанный с молодежью…

Ну предположим, мы обсуждали такой инструмент, такая постоянная действующая проектная сессия-игра деловая, допустим, «Сделай город своими руками». Возможно большие группы, за год в программе могут поучаствовать несколько тысяч молодых людей, туда же могу приглашаться эксперты, туда же мэр обязательно должен приглашаться, да, туда, так сказать, любые группы. Это открытая ситуация, где моделируются разные сценарии, разные проекты обкатываются, обсуждаются, открытая площадка, где постоянно идет генерация идей и обсуждение, формирования команд, групп. То есть, и молодежь должна зажечься идеей, и видеть возможность. А дальше идет заземление - есть же куча программ регионального развития малого бизнеса, поддержка идет, да. То есть, дальше им просто помочь заземлиться на те механизмы, инфраструктура поддержки малого бизнеса и молодежного очень приличная, инновационного - тем более. Но проекты простые, гостиницу для животных вот, например, сделать, ну вот улучшает же качество жизни? Улучшает качество жизни. Или там детские садики при ВУЗах какие-то такие, что студенты могут учиться и ребенка там оставить. То есть, по сути, мы хотим породить некую волну таких проектов, улучшающих качество жизни, в том числе, вот с этого надо начинать. И здесь технология маленьких шагов очень важна, то есть, люди должны видеть, что жизнь может меняться, и менять своими руками, и быстро меняться вот в этом направлении. Вот это мне кажется очень важный вопрос.

Абрамов: Можно вот буквально одно слово еще хотелось бы добавить в ответ на широкое обсуждение вашего вопроса. Я бы хотел обратить внимание на то, что год назад, фактически, администрация города Томска начала активную работу по актуализации стратегии города Томска, стратегии развития, и начали мы как раз по принципу, что стратегия - это общественный договор.

И вот мы пошли на все площадки - в ВУЗы, к молодежному предпринимательству, заводы приглашали к себе. И на сегодняшний день - как раз год такой активной работы, мы подходим уже к системе. То, что сегодня Сергей Николаевич и Николай Алексеевич называли программой 3.0 и так далее, это уже наработанное некоторое такое начало, сегодня мы говорим – все, понятно, что это получается, но его надо дальше систематизировать и развивать. Развивать вот эти площадки не просто хаотически, «я пришел, ко мне пришли» и так далее, а вырабатывать систему, опираясь на вот, как уже было сказано, на научный подход, общественный подход и вот все с этим связанное.

Свинцова: Ну все, коллеги, надо все-таки заканчивать видеомост. Со своей стороны хочу сказать, что проект амбициозный, безумно интересный, я думаю, что интересен он не только жителям Томска, что естественно само по себе, но наверное, и на всероссийском уровне. Потому что если в этом отношении что-то получится, точнее даже, начнет получаться…

Мы не говорим, что вот есть такой временной барьер да, под которым можно подвести черту и сказать, что «все получилось». Но, тем не менее, какие-то приемы, какие-то методики в дальнейшем могут серьезно повлиять на комфортную городскую среду по всей России. И томский опыт может применяться в других городах, может быть, с другими особенностями, со своими отдельными частичными проектами и так далее.

ВИДЕОЗАПИСЬ видеомоста можно посмотреть на сайте РИА Новости

оставить коментарий

* - поля, обязательные для заполнения

Ваше имя*:

E-mail:

Комментарий*:

Комментариев пока нет



Проекты

Комментарии

13/05/2013 АнтиПутин:

интересно...

23/04/2013 Алёна:

Какой ужос!...

Последнее